Вадим Давыдов (gabblgob) wrote,
Вадим Давыдов
gabblgob

Category:

ЮАР || Малые разведгруппы спецназа ЮАР || Андре Дидерикс || Часть I

Оригинал взят у tiomkin в ЮАР || Малые разведгруппы спецназа ЮАР || Андре Дидерикс || Часть I



      В 1980-х годах в частях специального назначения ЮАР возникла идея малых групп. Сторонниками и пионерами этого направления были военнослужащие Джек Гриф и Андре Дидерикс. И тот и другой за свою карьеру участвовали во многих операциях ВС ЮАР, в т.ч. «Амазон» (подрыв нефтеналивного терминала в Лобиту), «Пламя свечи» (уничтожение НПЗ в Луанде), «Цербер» (стратегическая разведка в глубоком тылу и уничтожение ангольских и советских самолетов) и других. Идея малых групп была позаимствована у родезийского спецназа, в частности у САС и Скаутов Селуса, где ее разработал и активно продвигал капитан Крис Шулленбург, приверженец малых и одиночных патрулей. Большого развития в СпН ЮАР тактика работы малых групп не получила, но определенное время применялась.










      Андре Дидерикс: «После моего возвращения из Родезии я прошел обучение на курсах снайперской стрельбы, где командиром нашего курса был капитан Конни фан Вейк. Стрелком я был не выдающимся, однако квалификационные экзамены сдать все же сумел (набрав один балл сверх необходимого минимума). Этап по тактике мы изучали на озере Бенгази, расположенном у северного побережья провинции Ква-Зулу Наталь. В ходе этого этапа я узнал много нового и ценного в области маскировки и выслеживания.
      Конни фан Вейк считал, что я заслуживаю награды за мои действия в Родезии и 2 мая 1979 года я получил «Благодарственную медаль командующего вооруженными силами» (позже ее переименовали в «Медаль за воинскую доблесть»).
      Концепция разведывательных групп, состоящих из малого числа людей, (обычно из двух человек) была разработана капитаном Крисом Шулленбургом, выдающимся военнослужащим САС Родезии, а позже Скаутом Селуса. После того, как наш спецназ повоевал бок о бок с родезийским, штаб частей СпН решил внедрить эту идею и в наши подразделения. 5-му РДО предложили послать несколько своих оперативников в Родезию на разведывательный курс.
      Позже Криса Шулленбурга попросили провести мастер-класс в 5-м РДО. Поскольку я был одним из слушателей, то в указанное время прибыл в Форт «Рев» - оперативную базу 5-го РДО, расположенную в Ондангве, Юго-Западная Африка. («Рев» на сленге значит «боестолкновение»). Шулли провел небольшой курс, после которого нас послали в южную Анголу, с целью закрепления полученных навыков и боевого слаживания с напарником. Я оказался в одной команде с капралом Рипом фан Девентером, молодым, но уже чрезвычайно опытным оперативником – но, кроме того, он был форменным буяном на всех тусовках. Я-то всегда полагал, что по-настоящему профессиональный военнослужащий должен проявлять определенную умеренность, когда дело касается социальных норм – чтобы в любую секунду быть готовым выполнить любое задание, которое потребуется от спецназа. Все человеческие чувства, в особенности слух, обоняние и осязание должны быть предельно обострены. Что касается физической подготовки, то это даже не обсуждается.
      Нашей группе поставили задачу – произвести разведку дороги между городами Каама и Вилла Рокадеш на юге Анголы. В ходе разведки мы должны были определить частоту движения по дороге и типы транспортных средств, используемые противником. Командиром операции назначили Конни фан Вейка. Заброска на территорию осуществлялась по воздуху – ночной прыжок на «слепую точку» (немаркированное место десантирования). Для выброски нам предоставили С-160 «Геркулес».
      В назначенный день на ВПП у Форта «Рев» приземлился наш самолет (огромный транспортник – и всего-то для того, чтобы десантировать лишь пару человек!). Старшим выпускающим был Коос Муркрофт, главный полковой старшина 5-го РДО. Для нас это было подарком судьбы – Коос был опытным выпускающим и не менее опытным оперативником. Он также принимал участие во многих операциях малых групп. Во избежание обнаружения ПВО противника самолет весь путь проделал на бреющем полете и только перед самой выброской набрал высоту до 400 футов (120 метров).
      Полеты на бреющем, как правило, представляют собой болтанку, и этот исключением не являлся. Я был только рад поскорее покинуть самолет и приземлился очень удачно. Рипу повезло меньше – он приземлился на дерево и его парашют основательно запутался в ветвях. У него ушло почти два часа на то, чтобы распутать парашют, снять его и уничтожить все следы пребывания на дереве. Закопав парашюты и замаскировав их, мы выдвинулись на цель.
      Разведка прошла без приключений. Мы собрали ценную информацию о передвижении противника и объемах грузов, перевозимых между этими населенными пунктами. Наши наблюдения подкреплялись качественными фотоснимками. Принципы и концепция работы парных разведывательных групп теперь были приняты на вооружение – точнее сказать, так полагали несколько (наивных) оперативников, включая меня и Конни фан Вейка. Оказалось, что в критиках этой концепции недостатка нет. Собственно, критика была направлена не столько против концепции, сколько против нашего убеждения, что разведчики малых групп должны работать только по задачам для этих патрулей и ни по каким больше. С моей точки зрения, успех заключался в специализации.
      Конни фан Вейк вместе с еще двумя разведчиками убыл в южную Анголу с задачей обнаружить определенную вражескую базу. Они десантировались затяжным прыжком с большой высоты, патрулировали несколько дней, но вскрыть базу так и не смогли. 22 мая 1979 года по прибытии на место, откуда и предполагалось забрать (а вертолеты уже вылетели за ними), они попали в засаду. Конни и капрал Клустерзиль были убиты, третий член группы, сержант Ник дю Тойт, опытный и уважаемый ветеран, сумел оторваться от противника, получив при этом легкое ранение. На самом деле их засекли еще при десантировании – противник заметил самолеты и видел, как оперативники спускались на парашютах. Полк оплакивал потерю двоих опытных бойцов. А я потерял наставника.
      Сопротивление идее малых групп возросло. Одним из распространенных аргументов у критиков было то, что любой оперативник мог и обязан был уметь производить разведку. Я ничего против этого утверждения не имел – ровно до тех пор, пока речь шла о тактической разведке. По моему убеждению, идеальный разведчик малых групп должен быть человеком особенным, может быть даже обособленным, т.е. индивидуалистом.
      Для экстраверта оставаться наедине с собой в течение долгого времени куда труднее, чем для интроверта. У бойца также в обязательном порядке должен иметься опыт выполнения специальных операций – миссия патруля-двойки явно не подходила для разного рода экспериментов или для того, чтобы набирать базовый опыт. У группы из двоих бойцов отсутствует возможность поддержки – разведчики вынуждены опираться только на свои силы и на свой опыт. В ходе патрулирования крупной группой или в бою боец склонен мыслить наступательными категориями. В малой группе такое наступательное мышление – это последнее, к чему стоит прибегать. Подготовка и выбор снаряжения также кардинально отличаются. У члена большой группы возникает подспудное чувство безопасности – поскольку рядом в большом количестве находятся его коллеги. В малой группе боец должен сам развить в себе собственное ощущение безопасности. Деликатное политическое положение ЮАР на международной арене не позволяло армии действовать как и когда мы того пожелаем. Так что с политической точки зрения риск при заброске малой группы на территорию противника был куда меньшим, чем при работе большой группой. Еще одним обязательным условием являлась абсолютная секретность при атаке стратегически важных целей глубоко в тылу врага. Большие боевые ударные группы, находясь на вражеской территории, не могли долгое время выдерживать эту секретность – особенно в населенных районах. Если такую группу засекали, то она не могла просто так исчезнуть или раствориться в окружающей местности – а двойке это вполне было по силам. К тому же эвакуация большой группы была сопряжена с большим количеством усилий, а значит и с большим риском.
      К тому же среди командиров отрядов шла яростная борьба за право централизованно руководить всеми малыми группами. Так что предложение о создании отдела стратегической разведки под эгидой одного из отрядов или даже в непосредственном подчинении штаба СпН было встречено в штыки. Никто не желал, чтобы вся слава досталось какому-нибудь одному командиру. Я бы понял, если бы отказ аргументировали интересами службы или бойцов – но, к сожалению, звучавшие аргументы были далеки от этого. Я также столкнулся с сопротивлением одной из неформальных групп, которая противилась идее малых патрулей чисто из профессиональной ревности. В мои планы как-то не входило ввязываться в долгие бюрократические войны, принося этому в жертву свои лучшие годы. Так что я задумался над тем, чтобы перевестись в разведывательное подразделение Скаутов Селуса. Однако политическая ситуация в Родезии стремительно менялась. Страна готовилась к выборам с участием ЗАНУ-ПФ, ЗИПРА и ЗАНЛА. Я решил, что переводиться пока не стоит, и вместо этого обсудил создавшееся положение с командиром части подполковником Джейком Свартом. Он рассказал, что сейчас в Претории идет процесс формирования подразделения, состоящего из бывших бойцов родезийского спецназа. И это подразделение как раз и намерено специализироваться на работе малыми группами. Я написал рапорт о своем желании перевестись в эту часть и получил добро».


       Бывший офицер полка Скаутов Селуса майор Нейл Крил уволился из вооруженных сил в 1978 году. После непродолжительного периода службы в Специальной Службе (контрразведке), он покинул Родезию и поступил на службу в части специального назначения ВС ЮАР, в 1-й РДО в Дурбане. В апреле 1979 года генерал Фриц Лутц, командующий частями специального назначения вызвал его в Преторию. Их пригласил к себе министр обороны генерал Магнус Малан. На встрече министр рассказал офицерам о своей новой идее: сформировать новую секретную организацию для выполнения тайных операций – в дополнение к уже существующим частям специального назначения. Это подразделение будет воплощать в жизнь методы, полученные в ходе тайных операций в Родезии. В частности, министр хотел, чтобы эта новая часть могла выполнять глубинную стратегическую разведку, то с чем успешно справлялись Скауты Селуса: выявление маршрутов террористов, обнаружение лагерей боевиков, скрытное проникновение на базы и наведение авиационных ударов. Министр специально пригласил Крила на это совещание, поскольку майор до своего выхода в отставку командовал именно таким подразделением в составе Скаутов, и многими своими успехами полк Скаутов был обязан именно этой спецразведке. А один из спецназовцев, служивших в этом подразделении, капитан Крис Шулленбург, один из двух человек, награжденных высшей военной наградой Родезии, «Большим Крестом за Отвагу», умудрялся в течение нескольких недель находиться с напарником в тылу врага, в 500 километрах от границы, безо всякой связи с базой и без какой-либо поддержки.
      Таким образом Нейл Крил получил под свое командование только-только начавшее формироваться разведывательное подразделение. Поначалу его назвали безыскусно – «Отделение Псевдо-операций». Позже имя изменили на D40. Еще спустя какое-то время подразделению присвоили новое имя, выбранное случайным образом из списка зарегистрированных кодовых слов – «Проект Щипцы». В последующие годы к различным операциям «Проекта Щипцы», так или иначе, привлекался почти весь личный состав частей СпН – в части сбора развединформации.
      Генерал Магнус Малан дал свое личное разрешение на приобретение фермы Реностерспрюйт в Брудерструме, между Хартбистпурт-Дам и Йоханнесбургом – для развертывания там оперативной базы и штаба D40. Позже на этом участке была выстроена полная инфраструктура: мастерские, узел связи, камеры предварительного заключения, специально оборудованный ружпарк, административные здания и т.д.
      В подразделении соблюдалась строжайшая секретность. Если какому-нибудь оперативнику для выполнения требовалось специфическое оборудование, то заказ на разработку этого оборудования давался сотруднику компании ELMC (специальная фабрика-мастерская в составе частей СпН) – причем сотрудник не знал, кто будет его использовать, где и когда. Соответственно, оперативник не знал, кто сделал оборудование.
      Одним из первых людей, которые получили назначение в эту часть, был ветеран и создатель частей южноафриканского спецназа Тревор Флойд. Перед командованием стояла задача – набрать в эту часть бывших родезийских спецназовцев, которые уже не могли работать на серьезных операциях, либо не хотели, но обладали при этом серьезным опытом в разведке.
      Нейл тайно посещал Родезию несколько раз после выборов и сумел уговорить нескольких Скаутов и детективов из Специальной Службы слетать в Преторию на интервью с командующим частями спецназа генералом Фрицем Лутцем. Генерал уже заранее проштудировал личные дела кандидатов и к интервью был готов. Он проявил живой интерес к тому, чтобы пригласить в ВС ЮАР команду профессиональных разведчиков специального назначения из бывшей родезийской армии. Их естественно никто не собирался прогонять сквозь установленную в таких случаях процедуру отбора в спецназ – равно никто не собирался предложить им надеть форму и встать в общий строй. Генерал пока смутно понимал, что может вырасти в дальнейшем из такого подразделения, а если официально зачислить бывших родезийцев в ряды вооруженных сил на контрактной основе, то вся секретность могла пойти прахом. Генерала также интересовало, могут ли кандидаты, по возвращении в Родезию, уговорить своих знакомых, друзей и бывших подчиненных из числа Скаутов, детективов СпецСлужбы также перебраться в ЮАР? Потенциальные кандидаты на это отвечали, что сами они только рады покинуть страну, которая теперь превращается из цивилизованного государства в очередной африканский бардак – но за других говорить они не могут, хотя и попытаются сделать все что только могут. Вернувшись в Родезию кандидаты официально увольнялись с работы или службы, рекрутировали других, подходящих по параметрам для службы в новом подразделении и постепенно убывали в ЮАР. Многие спецназовцы перебрались в ЮАР – но еще большее количество бывших военнослужащих, полицейских, фермеров и просто обычных граждан остались в Зимбабве. Они были завербованы и согласились работать на D40, поставляя информацию с мест.
      Одним из подразделений в D40 был отдел глубинной разведки, действовавший только в Анголе. Изначально в нем служило только два человека, бывших родезийских спецназовца. Позже к ним присоединился и лейтенант Андре Дидерикс. Командиром этого отдела был назначен бывший майор Скаутов Селуса Бут Сварт
.
     
Продолжение след.



Tags: бремя белых, избранное, чёрная Африка
Subscribe

  • О силе вещей

    Тихий уездный (даром что столица федеральной земли, маленькой, но очень гордой) Саарбрюккен — перевод названия города на русский мог бы стать…

  • *16*

    © Сиван Котовский © Сергей Копысский — иллюстрация Зима всё никак не хочет уходить. Цепляется синими пальцами, сыплет снегом, намораживает…

  • *14*

    © Сиван Котовский © Сергей Копысский (иллюстрации) Морок новогодья и связанные с ним затянутые выходные потихоньку отползает, и можно…

promo gabblgob april 28, 2014 10:07 112
Buy for 100 tokens
Автор: Вадим Давыдов Не мир, но меч Было бы ошибкой полагать, будто Путин не знает, что война нужна отнюдь не игрушечная, вроде пресловутой «малой грузинской», а самая настоящая, опустошительная, кровавая — война, а не манёвры. Далее...
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments