February 1st, 2011

gorgona

Кусанкции

«Это расстрельные списки. Когда на оккупированной территории с населением расправляются, то сначала определяют - пострадает столько и столько человек. А потом мы решим персонально. Они могут сделать все что угодно. Это ни что иное, как обычная расправа. Она не имеет ничего общего с персональной виной людей».


 
Кровавый у тя борщец-то, тётя. Так что не зря боишься, не зря.

Санкции, конечно, беззубые. Куцые. Кусанкции,  проще говоря. 160 человек невыездных — это курам на смех. «Заморозить авуары» — это ещё смешнее. Никто из фигурантов легальных счетов на Западе не держит: дорого и неудобно. Деньги лежат в Прибалтике, а работают через Китай и Дубай. Вычислять транзакции — можно, но нужно действительно подключать разведсообщества и фискально-надзорный аппарат. А это дорого и неудобно уже для другой стороны. Можно помечтать о том, что Сикорскому или Брандту (или сразу обоим) попадёт вожжа под хвост — после того, как Лукашеску их кинул, словно лохов на Привозе — и они дадут соответствующие отмашки профессионалам, а уж те возьмутся за поциента всерьёз, так, что тупые вопли о «заговоре» и «расстрельных списках» обретут новое, неожиданно животрепещущее, звучание.

Только никому это не надо. Кроме самих беларусов.
promo gabblgob april 28, 2014 10:07 112
Buy for 100 tokens
Автор: Вадим Давыдов Не мир, но меч Было бы ошибкой полагать, будто Путин не знает, что война нужна отнюдь не игрушечная, вроде пресловутой «малой грузинской», а самая настоящая, опустошительная, кровавая — война, а не манёвры. Далее...
gorgona

Ахтунг, викинги!




Субтитры не забудьте включить.

Воодушевляющая речь командира Телемаркского Батальона майора Руне Веннеберга в Афганистане на общем построении (май 2008):

- Теперь вы - хищники! Талибан - ваша добыча! В Вальхаллу! В Вальхаллу!

Это прекрасно.

via tiradorrus 
mustdie

Виньетки ложной сути

Признаюсь честно: я извращенец. Я люблю дураков. Они доставляют мне массу веселья и позволяют невозбранно над ними глумиться. Невозбранно — потому что возразить мне им по существу нечего, и они начинают демонстрировать пережитки магизма в сознании: ругаются матом и пытаются оскорбить, называя меня «жидом» и «сионистом». Люблю вас, дорогие мои дураки. Открою вам тайну: я таки да. И опять да. Довольны? Отлично.

Я также очень люблю особую разновидность дураков — дураков степенных, т. е. со степенями докторов разнообразных политических и социальных наук, что умеют много гитик. Надо отдать им должное — они держатся гораздо дольше дураков без какой-нибудь степени. Но и они не выдерживают.
 

 

Collapse )

 

Ищете лёгких путей, профессор? Ну, так останетесь и без свободы, и без колбасы.

gorgona

На родине Шагала


Свой взгляд не навязываю, но для меня ясно, что самая хорошо организованная барщина на длинной дистанции все равно проиграет. Так ли, этак ли — где-нибудь прогниет и треснет. Тогда и начнутся главные проблемы. Сейчас-то полбеды — диктатор, не диктатор, а жить можно. А вот что будет ПОСЛЕ? Способных к самостоятельному функционированию государственных институтов (кроме, может, КГБ) в стране не выросло. И вырасти не могло: даже намека на ограничение самовластия его могучий дух не допускает. Скелет социальной инфраструктуры отсутствует. Лукашенко — самый главный, единственный и заскорузлый гвоздь, на котором висит вся конструкция. Вынь его — и полный развал.

Люди — дети. Он — Батька. Удачная калька с Отца народов. Уйдет, и сместившая его пубертатно-прогрессивная публика, не имея навыков политических компромиссов и управленческого опыта, немедленно перегрызется в борьбе за влияние. Тем более что бывшие люди из КГБ и номенклатуры, мстя за отстранение от власти и кормушки, не устанут аккуратно подливать масла в огонь. Выплывут на поверхность бандиты. Полыхнет низовым пожаром коррупция. Все это мы проходили: режим плох, но последствия его крушения еще хуже. Именно этим, в конечном счете, он и плох… Только как это объяснить, если с чаркой и шкваркой все в порядке?

Так моллюск до поры живет себе в раковине. Раковина, с одной стороны, выполняет функции внешнего скелета; с другой — не позволяет развиваться скелету внутреннему. Да и зачем он? Но если со временем станет тесно, то, выбравшись наружу, божья тварь окажется целиком беззащитной. Ни скелета, ни иммунитета.

Может, это и есть наш уникальный путь: жить в раковине под Отцом либо Батькой, благословлять власть и не высовываться?

Чего мы в Витебске совсем не видели — так это молодых мам с детскими колясками. Народ, с одной стороны, безмолвствует, но, с другой, и размножаться не хочет. В Москве младенцев больше. По крайней мере, на глаз.